«Пустота в форме жены»: кого любил Шекспир
Что мы знаем об Анне Хэтэуэй
Смотрите это видео на YouTube
Она была настоящей хозяйкой, хранительницей семейного очага. Нет, расчётливой развратницей. Нет, музой своего знаменитого мужа. Нет, он её ненавидел, сбежал от неё в Лондон и даже в завещании ухитрился над ней поглумиться. Нет, они были вместе, она регулярно к нему приезжала. И вообще, может быть, это она была великим драматургом — а вовсе и не он. Поговорим о женщине-загадке, женщине-холсте, женщине, которая была женой Шекспира.
История не оставила нам почти никаких сведений об Анне. Мы даже не знаем точно, как она выглядела — первый портрет Анны был написан в начале XVIII века, то есть примерно через сто лет после её смерти. И имя её — вроде бы Анна, но, возможно, и Агнес. Мнения расходятся. С другой стороны, о ней написано множество романов, пьес, сонетов, существуют совершенно поразительные версии её биографии, невероятные предположения о её характере. Чему верить?
Злосчастная кровать
Анна появилась на сцене довольно поздно: только в 1709 году, почти через столетие после смерти Шекспира, один из первых его биографов упомянул, что драматург был женат. Правда, никого этот факт не заинтересовал, да и Шекспир в XVIII веке ещё не был величайшим из великих. Для людей того времени, воспитанных на принципах классицизма, шекспировские пьесы были слишком дикими, чуть ли не варварскими. Там не соблюдались «три единства» — времени, места и действия — и происходили невероятные вещи, например, сцена в финале могла оказаться завалена трупами, как в «Гамлете».
Пьесы Шекспира переделывали, приглаживали, сокращали; заниматься подробно его биографией мало кому приходило в голову. Если и писали о личной жизни Шекспира, то что-то вроде «он был очень счастлив со своей женой». А в середине XVIII века были опубликованы варианты завещания Шекспира — и тут выяснились неприятные подробности. В первом варианте жена вообще не упоминалась. В принципе, это можно объяснить тем, что она и так по закону должна была получить определённую часть имущества — но известны многочисленные завещания того времени, где мужья с нежностью пишут, что оставляют то-то и то-то своей любимой жене в благодарность за многолетнюю заботу и нежность. А у Шекспира — ничего. С окончательным вариантом завещания ещё хуже: Шекспир вспомнил о жене и кое-что ей оставил. Анна получила от мужа «вторую по качеству кровать» из их дома.
Боже, сколько разных версий породила эта злосчастная кровать! Одни считали, что это финальное оскорбление, нанесённое Шекспиром нелюбимой жене: вот, мол, у меня в Лондоне была качественная кровать, на которой я спал вовсе не с тобой. Другие предполагали прямо противоположное: Анна ведь приезжала к мужу, возможно, драматург хотел напомнить ей о лондонской кровати, где они сжимали друг друга в объятиях? Поэтично, конечно — только как это доказать? Есть ещё версия, что лучшую кровать в доме берегли для гостей, так что «вторая по качеству» как раз и была супружеским ложем. Как написала шотландская поэтесса Кэрол Энн Даффи:
«Та кровать, в которой мы любили друг друга, была целым миром.
В нём вращались леса, замки, свет факелов, вершины утёсов, моря,
куда он бросался, чтобы достать со дна жемчужины. <...>
А в другой, лучшей кровати дремали наши гости,
пуская прозаическую слюну».
Итак, к семейной жизни Шекспира есть три подхода, и их уже второе столетие на все лады развивают ученые, писатели и кинематографисты.
Вариант первый. Мерзкая и развратная Анна
Основу первой версии заложили романтики еще в начале XIX века. Буйство шекспировских страстей, мрачные сюжеты и призраки грели сердце романтических поэтов. Но может ли у Гамлета быть жена? Нетрудно представить себе, как он оплакивает Офелию и восклицает, что он её любил, «как сорок тысяч братьев любить не могут».
Но Гамлет, который наслаждается жизнью у домашнего очага? Хм-м-м… Легко вообразить, что и у автора Гамлета вряд ли была счастливая семейная жизнь — тем более что это вполне соответствовало взглядам самих романтиков на семью и брак. Они пылко влюблялись, страстно провозглашали своё презрение ко всем законам божеским и человеческим, проповедовали — а иногда и претворяли в жизнь — принципы свободной любви. И, конечно же, презирали обыденность и мещанство. Так что не удивительно, что английский поэт Томас Мур, защищавший своего друга лорда Байрона, легко относившегося к институту брака, от нападок светского общества, ссылался на пример другого великана английской литературы:
«До нас дошло мало фактов о жизни Шекспира, но один из самых бесспорных — это его несчастливый брак».
Но откуда он это взял?
Вообще-то мы не знаем, был ли Шекспир счастлив со своей женой. Однако к началу XIX века было известно достаточно, чтобы понять: Шекспир закрепился в Лондоне и стал актёром и преуспевающим драматургом, но почему-то не спешил перевозить жену в столицу. Что-то не похоже на близкие отношения. В 1832 году английский писатель Томас де Квинси написал:
«Шекспир отправился в Лондон, чтобы избавиться от унизительных домашних сцен».
Внимательное изучение надгробий Шекспира и его жены показало, что она была старше мужа на 8 лет! В момент заключения брака Анне было 26, а Уильяму всего 18. Это сразу привело к предположению, что 18-летний парень просто не мог любить «старуху». Надпись на надгробной плите Шекспира призывала проклятия на голову любого, кто осмелился бы потревожить его прах. Какой вывод сделала публика? Он не хотел, чтобы жену похоронили с ним в одной могиле! Могила Анны рядом — но это совсем другое дело, главное, что в свою могилу он её не хотел пускать, как и в свою лондонскую жизнь.
В 1836 году был опубликован брачный договор Шекспира — и тут выяснилось, что брак был заключён всего за полгода до рождения первого ребёнка. А в 1887 году нашли неожиданный документ: оказывается, сначала была выдана лицензия на заключение брака Шекспира с некой Анной Уотли. Но на следующий же день два друга покойного фермера Ричарда Хэтэуэя подписали документ, по которому они становились финансовыми гарантами свадьбы Шекспира — но с Анной Хэтэуэй. Как ехидно написала скандальная австралийская феминистка Жермен Грир, автор вышедшей в 2007 году биографии жены Шекспира,
«Все сразу предположили, что брак со (старой уродливой) Анной Хэтэуэй, помешал его браку с (молодой и красивой) Анной Уотли».
Сегодня большинство исследователей считает, что человек, выдававший лицензию, просто ошибся — но в начале XX века на документ смотрели совсем по-другому.
В то время были популярны книги американского литератора Фрэнка Харриса, прославившегося скандальными мемуарами «Моя жизнь и мои любови», где он подробно описывал свои романы, а заодно сплетничал о знаменитых знакомых. Книгу даже запретили во многих странах, но две работы Харриса о Шекспире никто не запрещал.
Харрис пообещал рассказать о драматурге, каким он был «на самом деле», «о его великом интеллекте и огромных пороках, о его мелком снобизме, нежной доброте и долгом мученичестве». Короче говоря, обещал посплетничать о Шекспире так же, как о своих знаменитых современниках. Не буду утомлять вас подробностями; Харрис считал, что у молодого Шекспира был одновременно роман с двумя Аннами, жениться он хотел на одной из них, но оказалось, что другая беременна. Так что если в пьесе есть сварливая и ревнивая жена — то это якобы жена Шекспира, к которой он испытывал «безмерное отвращение». Так снова и снова в романах, пьесах, фильмах возникает образ Анны Уотли — порождённый, скорее всего, ошибкой писаря.
Мысль, что Шекспир был вынужден жениться на Анне Хэтуэй против своей воли, оказалась очень живучей и заинтересовала не только любителей жареных фактов, но и нескольких писателей ХХ века, пытавшихся использовать психоанализ и другие новые подходы, чтобы понять великого драматурга. Роман Джойса «Улисс» пропитан шекспировскими аллюзиями и образами — он задумывался как «роман романов» и должен был, по плану автора, подвести итог развитию мировой литературы. Без Шекспира тут не обойтись. Один из исследователей резюмировал то, что герой романа Стивен Дедалус думает о Шекспире:
«деревенского юношу соблазняет Энн Хэтэуэй, девушка несколькими годами старше его. Результат — не только ребёнок и женитьба, но и психологическая травма: Шекспир навсегда теряет уверенность в делах любви. После рождения детей-близнецов он отправляется в Лондон и начинает сочинять пьесы. Тем временем оставленная в Стратфорде Энн изменяет Шекспиру с одним из его братьев».
«Доказательства» этой версии Стивен находит в Гамлете: по этой интерпретации Шекспир — отравленный король , а Анна — Гертруда, вступишая в союз с его братом. Если допустить, что драматург тяжело переживал измену своей жены, легко объяснить, почему в его пьесах так часто возникает образ брата-предателя.
Здесь, конечно, любопытно, что в великое творение Джойса проникли идеи из бульварного сочинения Харриса — но надо помнить, что писатель не обязательно разделяет мнение своего героя.
Другой выдающийся писатель, Энтони Бёрджесс, известный нам прежде всего как автор «Заводного апельсина», много читал и Шекспира, и Джойса. Был и другой важный фактор: в 1959 году врачи сообщили Бёрджессу, что у него опухоль мозга — после чего он начал писать романы, прожил ещё 34 года и выпустил 50 книг. Может быть, я слегка романтизирую ситуацию, но мне кажется вполне естественным, что человек, постоянно ощущающий присутствие смерти, много читает Шекспира. В 1964 году у Бёрджесса вышел роман “Nothing like the sun” с подзаголовком «Любовная жизнь Шекспира», где реальные факты смешаны с совершенно бессовестными выдумками.
Весь текст — как бы лекция, которую пьяный профессор читает своим малазийским студентам. Любовную лихорадку, о которой пишет Шекспир, профессор объясняет проявлением сифилиса — якобы великий Бард подцепил болезнь, общаясь с чернокожей проституткой Фатимой. Она-то и есть загадочная «Тёмная леди», к которой обращены многие его сонеты.
Женился Шекспир в этой версии против своей воли и вскоре радостно удрал из Стратфорда в Лондон, а Анна, «сексуальный монстр», изменила ему с его братом.
Многие писатели помельче тоже воспринимали Анну Хэтэуэй как опытную и ненасытную в сексуальном смысле женщину, которая соблазнила молодого Уилла и вынудила его жениться. В 1939 году Джон Брофи выпустил роман «Джентльмен из Стратфорда», где со вкусом описал сексуальную жизнь молодого Шекспира, который вынужден постоянно удовлетворять бесконечные желания своей жены. А в 1962 году вышел роман Эдварда Фишера «Шекспир и сын», в котором Анна оказывается нянькой в доме у Шекспира, соблазняет его отца, а затем выходит за сына.
Вариант второй. Счастливая семья
Еще в XVII веке знаменитый антиквар и литератор Джон Обри, который ещё мог опираться на устные воспоминания современников, утверждал, что Шекспир каждый год приезжал в Стратфорд к жене. Если это так, то перед нами не брошенная на многие годы соломенная вдова, а женщина, чей муж ушёл в город на заработки, но регулярно возвращается к семье — весьма распространённая во все времена ситуация. В пользу этой версии говорит известный факт, что Шекспир, завершив свою театральную карьеру, не остался в Лондоне, а вернулся в Стратфорд.
В середине XIX века идея счастливого брака была очень распространена. Шекспир к тому времени уже считался великим Бардом, а не романтическим бунтарём, перед его талантом преклонялись, его пьесы изучали в школе. Не могло же у всеобщего кумира быть что-то не в порядке с семейной жизнью! Образ спокойного и счастливого брака Шекспира оказался тесно связан с домом, принадлежавшим семье Хэтэуэй, хотя никто не доказал, что Шекспир действительно жил там со своей женой, или хотя бы что Анна жила там после замужества. В конце XIX века «коттедж Анны Хэтэуэй» в Шоттери был приобретен фондом Shakespeare Birthplace Trust.
В брошюре фонда говорилось:
«Если Стратфорд рассказывает нам о рождении и образовании поэта, о его жизни удачливого предпринимателя, о материальной стороне жизни, которая так важна даже для гениального мужчины, то Шоттери говорит нам об идеальной стороне его жизни, о том времени, когда молодой человек впервые испытал чувство любви, о нежном существовании мужчины и женщины среди мирных образов сельской жизни». Как пишет одна исследовательница, «хотя мало что в коттедже действительно относится к тому времени, когда жила семья Шекспира, они формируют святилище, воспевающее семейную жизнь, которой на самом деле не было в этом доме».
Версия вторая (а). Анна — глава семьи
Всё-таки сделать Шекспира «сдержанным семьянином» при всём желании было не очень легко. В 1870-е годы неизвестный автор написал роман «Подлинная история миссис Шекспир» — в нём Шекспир регулярно убивал в столице других драматургов, присваивая сюжеты их пьес. Его жена оставалась в Стратфорде, поскольку буйному поэту нужно было место, куда он мог приезжать после диких оргий в лондонских тавернах, привозить тела своих жертв и зарывать их под шелковицей. Несчастная Анна случайно раскрыла мрачную тайну мужа, но продолжала его покрывать.
В XX веке в пьесе Тима Келли «Вторая по качеству кровать» Анна после смерти Уильяма вскрывает матрас на этой злополучной кровати и обнаруживает там мешочек с бриллиантами и письмо с благодарностью:
«Если бы ты не сочувствовала мне все эти годы, если бы ты не отправила меня в Лондон, то я скорее всего оказался бы бедным фермером и несчастным мужем».
А в 2005 году в романе Одри Петерсон «Убийство в Стратфорде: рассказ Энн Хэтуэй Шекспир» драматурга обвиняют в преступлении, и оправдаться ему удаётся только благодаря находчивости Анны. В благодарность за это он и оставил ей в завещании кровать. Якобы лучшая кровать была когда-то куплена Шекспиром для его родителей, и они с женой часто шутили, что их супружеское ложе «второе по качеству».
Но главную роль в изучении судьбы Анны Хэтуэй — иногда серьезно, а иногда шутливо — сыграли феминистки. Их уязвляло, что о Шекспире говорят и пишут больше, чем о его жене. Странно, не правда ли?
Ещё в 1929 году Вирджиния Вулф написала знаменитое эссе «Своя комната», где рассуждала о судьбах женщин-литераторов.
Она придумала Шекспиру сестру Джудит (в реальности его сестёр звали Джоан и Маргарет) и размышляла о том, как бы сложилась жизнь этой выдуманной женщины, если бы она обладала гением брата. В первую очередь она была бы лишена возможности учиться — Вирджиния прекрасно понимала, как это болезненно, её собственные братья учились в Кембридже, она же могла получить только домашнее образование. Если Джудит пытается читать, её родители возмущаются, ведь это отвлекает девочку от домашних дел. Когда приходит время, её вынуждают выйти замуж против воли, а когда она бежит из дома и пытается стать актёром в Лондоне (не забудем, что во времена Шекспира на сцене выступали только мужчины), то встречает одни насмешки. Какой-то театральный человек обещает помощь, но вместо этого просто делает ей ребёнка — в итоге Джудит кончает жизнь самоубийством.
Незадолго до выхода «Своей комнаты» в Великобританию приехал эссеист из Цейлона (как тогда называлась Шри Ланка) Петру де Фонсека. Он писал об истории Цейлона, о католической религии и — почему-то — о жене Шекспира. В своем эссе «Пьесы миссис Шекспир» он утверждал, что Анна в Стратфорде писала пьесы, а Уилл в Лондоне их редактировал и ставил в театре. Не совсем, правда, ясно, действительно ли Фонсека так считал — он часто писал юмористические тексты, и в этом эссе явно иронически ссылается на «Свою комнату».
А в начале XXI века американская писательница Эми Фрид написала пьесу “The Beard of Avon” (в названии обыгрывается классическое наименование Шекспира, Бард, превращенное здесь в бороду). Фрид издевается над различными теориями относительно авторства шекспировских пьес. В её комедии простой хороший парень Уилл Шекспир оказывается ширмой, за которой прячется множество авторов, от графа Оксфордского до самой королевы Елизаветы. Жене Шекспира в пьесе тоже досталось: развратная и похотливая, как у Бёрджесса и других, она мстит мужу за его измены — и сама изменяет ему с графом Оксфордским.
Как вполне резонно замечает Жермен Грир, большинство пишущих о Шекспире авторов не удивлены, что драматург изменял жене и посвящал сонеты другим женщинам (а может быть, и мужчинам) — но вот возможные измены оставленной в Стратфорде жены почему-то вызывают всеобщее возмущение. Аврил Роулэнд написала пьесу «Миссис Шекспир, жена поэта». Её Анна Хэтэуэй — уверенная в себе, сильная, гениальная женщина, которая безумно любит своего мужа, несмотря на его постоянные измены. Уильям пытается писать пьесы, у него ничего не получается, и тогда Анна берёт дело в свои руки. Американка Арлисс Райан в своем романе «Тайные признания Анны Шекспир» отправляет Анну в Лондон следом за мужем, мечтающим о карьере актёра. Когда Уилл понимает, что хочет писать пьесы, Анна становится его соавтором. А в 2020 году Мэгги О’Фаррел выпустила книгу “Hamnet“, сразу ставшую бестселлером. Она отошла от привычного имени жены Шекспира, возродив тот вариант, который был использован в завещании её отца — Агнес. Рискну показаться занудой, но, наверное, и роман неплох, и фильм, снятый по нему, хорош, но мне очень трудно следить за сюжетом, который настолько сильно отличается от известных нам фактов. И дело даже не в крошечной горстке наших реальных знаний об Анне Хэтэуэй — скажем, сцена, где мать Агнес выходит босиком из леса и обучает дочь каким-то языческим знаниям, абсолютно не похожа на Англию XVI века. При этом Джойс и Бёрджесс почему-то меня не раздражают. Может быть, дело в уровне таланта? Или в тонком балансе между реальностью и выдумкой?
Версия третья. Самая обычная жизнь
Жермен Грир изучила огромное количество исследований и архивных документов, на которые беспрерывно ссылается. Её задача — показать, что в истории Анны и Уилла не было ничего необычного. Женщина могла выйти замуж в 26 лет, множество невест шли под венец беременными, отъезд мужа на заработки не был чем-то из ряда вон выходящим и так далее. Анна Хэтэуэй в её книге — энергичная, предприимчивая женщина, руководящая строительством нового дома, ведущая семейные дела, а после смерти мужа, возможно, даже частично оплатившая издание его пьес. Для меня как для историка интереснее всего сведения, которыми автор заполняет огромные лакуны в жизни своей героини. Мы не знаем, при каких условиях Анна выходила замуж, но можем изучить церковные реестры и выяснить, как вообще были устроены свадьбы в те времена.
Можно поднять документы, связанные со строительством дома, с ведением хозяйства и так далее.
Однако желание автора обругать и унизить всех, кто писал о Шекспире и тем более об Анне до неё, испортило мне всё впечатление от книги. Грир постоянно использует придуманное Бернардом Шоу слово bardolator — «бардопоклонник», по ассоциации с idolator. Когда я в первый раз прочитала его в книге, то хихикнула, а в десятый стало уже скучно. Хуже, что Грир беспрерывно разоблачает неуёмную фантазию «бардопоклонников», считающих, что Анна Хэтэуэй якобы была уродлива, что Шекспир был вынужден на ней жениться — но не имеющих для этого достаточно оснований. Однако при этом она и сама высказывает предположения, которые ни на чём не основаны — например, что у умершего в 11 лет Хамнета был ДЦП. Почему? Да просто так.
Историк Кэтрин Шайл назвала Анну Хэтуэй «пустотой в форме жены» и пришла к выводу, что ее используют как
«холст для описания проблем современных женщин — стремления к независимости, одинокого материнства, сексуальной свободы, неверных мужей, женского образования и конкуренции за власть между мужем и женой».
Наверное, такой полёт фантазии понятен — ведь речь идёт о женщине, которая была женой Шекспира. Какой вариант вам кажется более реалистичным? Пишите в комментариях!
***
Спасибо всем, кто нас поддерживает на платформе «Бусти», нашим патронам на Patreon, нашим спонсорам на Ютубе, всем, кто не даёт им нас заткнуть. Если кто-то ещё не подписался на наш канал или на регулярные пожертвования и подпишется сегодня или расскажет о нас друзьям — вы очень сильно нам поможете.
Подписывайтесь на мои соцсети:
Бусти — Патреон — Телеграм — Инстаграм — ТикТок — YouTube