Почему на Руси не было замков
А в Европе — были
Вы когда-нибудь задумывались о том, почему в средневековой Руси практически не было замков? Ну только по самому западному краешку: Изборск, сегодняшняя Западная Украина, Беларусь, Калининградская область…
Ответ, в общем-то, напрашивается. Во-первых, на Восточноевропейской равнине вообще немного строительного камня. А во-вторых, попробуй протопи каменное здание! Даже при более мягких западных зимах это было ой как непросто.
Много лет назад я оказалась 31 декабря во Франции, в замке Шамбор. В огромном зале был огромный камин. В нём лежало здоровенное бревно, пылал огонь. Подавляющее большинство туристов жалось к очагу и не хотело идти дальше. А теперь представьте себе такой замок в средней полосе России…
Но это мое географическое (или антропологическое) наблюдение на самом деле имеет очень важные исторические последствия. Это означает, что древнерусские аристократы в большинстве своём не могли себе позволить жить в домах за каменными стенами.
Каменное строительство на Руси — дело князя. Князь будет возводить могучие стены вокруг своих городов, как это делали Владимир или Ярослав Мудрый в Киеве, Андрей Боголюбский во Владимире. Или как защищал себя Господин Великий Новгород. Историки знают: каменное строительство в городе — верный признак процветания.
Вот что писал замечательный историк Владимир Борисович Кобрин:
«Мысль о том, что боярство было постоянной аристократической оппозицией центральной власти, возникла в нашей науке во многом под влиянием знакомства с историей Западной Европы, где гордые и самоуправные бароны сопротивлялись королям и даже императору. Но сопоставление это грешит неточностью. Прежде всего, на Руси не было боярских замков. Высокие ограды боярских усадеб ещё не делали их замками по функциям. Функция замка — не защита от вора, а военные действия. Замок осаждали, барон со своими вассалами его оборонял. Это и создавало его независимость. На Руси же ещё в период феодальной раздробленности, когда подходил неприятель — иноземный или из соседнего княжества, боярин никогда не принимался за укрепление и оборону своей усадьбы. Русские бояре защищали не каждый своё село, а все вместе — княжеский (позднее — великокняжеский) град и всё княжество в целом. Недаром каждый боярин владел в городе “осадным двором”, “городная осада” была важнейшей обязанностью боярства. Поэтому с западноевропейскими баронами сопоставимы скорее удельные князья, чем бояре».
Это я цитирую не для того, чтобы воскликнуть какую-нибудь глупость вроде: «Вот они, истоки исконного русского рабства!». Никакого исконного рабства нет ни у какого народа…
Перед нами важная особенность развития средневекового общества. На Руси центральная власть должна будет сначала считаться, а потом бороться с удельными князьями, на Западе — с баронами. И там, и там центр постепенно победит.
В течение многих столетий взять каменный замок было очень непросто. Какие могли быть варианты? Идти на штурм. Мы видели это много раз во многих фильмах: лестницы приставлены к стенам замка, осаждающие быстро поднимаются. Кто-то падает, но вот уже они на стенах… начинается рукопашный бой. Вспоминаю невероятно красивый кадр в одной из последних серий «Игры престолов», где Джейми Ланнистер и Бриенна Тарт спина к спине сражаются, защищая Винтерфелл от белых ходоков…
В реальности попробуй организуй такой штурм. Да, были специальные щиты, позволявшие закрыться от выстрелов со стен, но сколько народу надо положить, чтобы пробиться через ров (особенно если он с водой), взобраться на холм, установить лестницы… Монголы с их огромным войском и китайскими стенобитными орудиями справлялись с этой задачей, а дружинам средневековых феодалов всё-таки надо было искать другие пути…
Долгая осада — более удобный вариант, но и тут есть свои «но». В замке, конечно, будут большие запасы еды и какой-то источник воды: колодец или тайный выход к реке. Пока будешь дожидаться, чтобы у осажденных начался голод, твоё войско съест собственные запасы, разграбит все соседние деревни, да ещё в условиях полной антисанитарии начнётся эпидемия.
История знает замки, которые брали измором. Вот знаменитый Монсегюр, где на высокой скале в Пиренеях в XIII веке укрывались последователи учения катаров.
Крестоносцы, отправленные папой римским, разгромили уже весь юг Франции, взяли множество городов, включая Каркассон с его мощными укреплениями, а Монсегюр всё держался. Сеньор замка Раймонд де Пьерейль симпатизировал катарам, а вернее, «добрым людям», как их все называли. Его жена и тёща исповедовали их учение. Любили катаров и жители окрестных деревень, которые тайными тропами пробирались в замок и доставляли туда продукты.
Но как только осаждавшим удалось перекрыть поставку продовольствия в замок, его обитатели были обречены. Уже через несколько недель им пришлось сдаться…
Какие ещё могли быть варианты? С появлением пороха стали учиться делать подкопы под стены и закладывать «мины». Тоже не так просто. Представьте себе, какие метростроевские усилия для этого были нужны. Ты же не подойдешь прямо к стене и не начнёшь копать. Нужно суметь сделать длинный и незаметный для осажденных туннель, чтобы заложить там взрывчатку. И заряд должен быть достаточно сильным, чтобы пробить толщу земли и каменную стену.
А бывали же ещё «контрмины». Во время гражданских войн XVII века осаждённые в шотландском замке Сент-Эндрюс услышали подозрительный шум, сообразили, что противник делает подкоп, провели свой контрподкоп и взорвали всё, что было выстроено осаждающими.
Удобнее использовать какую-то хитрость — если подворачивалась такая возможность. Найти тайный ход, ведущий в замок, под покровом ночи взобраться на башню, выдать себя за союзника — но это всё, конечно, в основном из области фантазии.
Когда войско французского короля осаждало в начале XIII века замок Шато-Гайар, главный оплот англичан в Нормандии, прорваться сквозь его мощные укрепления у них никак не получалось. Взять измором тоже не вышло. Когда запасы стали подходить к концу, англичане выгнали из замка все лишние рты — женщин, детей, стариков. А французы не пропустили их и велели возвращаться в замок. Но обратно их тоже не пустили, и несчастные долго мучились от голода, зажатые между стенами Шато-Гайара и войском осаждающих.
Считается, что их спасло от смерти только появление французского короля Филиппа Августа, который приказал их пропустить, а после этого велел срочно найти слабое место в обороне замка. Похоже, он не хотел дожидаться, пока у его войска кончатся припасы.
Рассказы о том, что было дальше, расходятся. Французы утверждали, что их отряд ночью взобрался на стену, смог пролезть в часовню замка и нанести удар. Англичане же говорили, что Шато-Гайар пал после того, как французы пролезли через дыры уборной замка — а уборная там, естественно, нависала над склоном…
К чему все эти рассказы? К тому, что хорошо построенный замок — это основа могущества и независимости барона. Не случайно короли, что в Англии, что во Франции, знали: хочешь поставить на колени непокорного аристократа — заставь его срыть замок.
Ну а потом появились пушки, и замки уже стали не столько оплотом статуса хозяина, сколько символом его власти и престижа. Но это уже совсем другая история.
Во время онлайн-квиза, посвященного тайнам средневековых замков, я спросила участников, хотели бы они жить в замке. Мнения, надо сказать, разделились…
И правда — подумать только, сколько с ним хлопот… Сегодня хозяева замков, если это не американские миллионеры, не русские олигархи и не арабские шейхи, часто предпочитают переезжать в помещения для слуг, а замок превращать в музей — так его проще содержать.
Мой любимый замок Хайклер, он же Аббатство Даунтон, принадлежит, мягко говоря, не последним людям в Соединенном Королевстве. Среди лордов Карнарвонов, владевших в ХХ веке замком, — и тот, кто спонсировал раскопки гробницы Тутанхамона, и его потомок — близкий друг королевы Елизаветы. Но всё равно хозяева замка довольно долго жили во флигеле для прислуги, пока не додумались сдавать свой дом кинематографистам.
В другом поразительном, но менее знаменитом замке Манкастер, которым восемьсот лет владеет одна и та же семья Пеннингтон, я спросила служительницу, наблюдавшую за порядком в совершенно невероятной, фантастически красивой и огромной библиотеке замка: «А где живут хозяева?» Думала услышать — в Лондоне. А она сказала: «Да здесь и живут. Вы ведь видели, как сегодня соколов для туристов запускали? Человек в ветровке — это хозяин». Правда, она тут же сделала чисто британскую оговорку: «Вернее, муж хозяйки». А дальше продолжила: «Вот в пять часов туристы уйдут, и хозяева придут сюда. Видите, отопление уже включено».
Куда придут? Вот в этот музей? Вот здесь будут ходить в тапочках и джинсах? Ужинать?
Что-то мне гораздо проще представить, как полтысячи лет назад в большом зале усаживались: хозяин с почетными гостями за высоким столом, остальные — в зависимости от своего статуса; перед каждым гостем — здоровенный ломоть хлеба вместо тарелки, а на нём куски жареного кабана, подстреленного хозяином на охоте…
В сегодняшнюю жизнь замок как-то плохо вписывается. Впрочем, наверное, это просто нам, плебеям, не понять…