Гренландия. От инуитов до Трампа
Не остров, а бомба замедленного действия
Зачем этот огромный остров понадобился множеству людей за много веков до того, как президент Трамп узнал о его существовании? Что заставляет нас снова и снова возвращаться на эту покрытую льдами землю?
Смотрите это видео на YouTube
Температура в Гренландии опускается почти до -70 градусов Цельсия. Даже представить сложно! Объём льда — около 3 млн кубических километров. Учёные спорят, один ли это остров площадью более 2 млн квадратных километров, или три острова, скованных огромным ледником. Увы, ледяной щит довольно быстро тает, так что Гренландия может стать одним из главных поставщиков воды для будущего всемирного потопа. Жить на острове невероятно тяжело даже сегодня, когда там строят тёплые дома и туда летают самолеты.
Что уж говорить о былых временах! Тем не менее, люди постоянно стремились в Гренландию.
Глава I. Зачем Гренландия инуитам?
В древности различные палеоинуитские культуры неоднократно добирались до огромного, холодного, в основном покрытого льдом и крайне негостеприимного острова. Меня не перестаёт удивлять — зачем они сюда шли?
Первые жители Гренландии двигались из нынешней Сибири на восток, прошли по перешейку на месте Берингова пролива, заселили острова к северу от побережья Канады, а потом пошли по холодному и неприветливому океану от острова к острову — или, может быть, даже севернее, туда, где можно было передвигаться по льду. Для чего они отправлялись в этот дальний и трудный путь? Явно не для того, чтобы найти местечко потеплее. Самое приемлемое объяснение — люди шли за добычей, за китами или тюленями, останавливались и обживались, потом снова шли.
Археологи видят несколько волн палеоинуитских культур, приходивших на остров, но между I и VII веками н.э. в Гренландии образовалась пустота. Что случилось? Все умерли? Может быть. Вернулись обратно? И это возможно. Остались на острове, но в таких ничтожных количествах, что следов теперь не найти? Тоже вариант…
Непосредственные предки нынешних гренландских инуитов прибыли сюда около XII века, в самое неприятное время, когда начинался Малый ледниковый период. Однако у них были потрясающие способности к адаптации, так что они пересидели и предыдущих инуитов, и уже вымиравших потомков викингов. Они строили дома из снега, передвигались по ледяному океану на лёгких каяках или на лодках побольше, обтянутых шкурами. Они не пугались полярной ночи, стирали одежду в моче (она обладает антибактериальными свойствами), кормили собак раз в несколько дней, а иногда и сами так питались. Бывало, что ели собственных собак. Их диета на 90% состояла из жирного мяса. Они охотились на китов и тюленей, но во время охоты запрещали женщинам писать на лёд, чтобы тюленей не оскорбить, и всегда были готовы получить жену другого человека или поделиться своей.
Исследователь начала XX века Петер Фройхен рассказывал, как соплеменники издевались над молодым инуитом, который не хотел знать других женщин, кроме своей жены. Все, включая эту самую жену, потешались над горем молодого бедолаги, а он не стал ни мстить, ни искать другую подругу, а просто ушёл и жил один. В Гренландии это означает, что прожил он не долго. Дикость — или адаптация к экстремальным условиям?
И странные дома, и диета, и теснейшие связи внутри общины, включая сексуальные привычки, возмущающие моралистов, и практичность, доходящая даже до некоторой бесчувственности — ведь сострадание в тяжёлых условиях нельзя себе позволять — составляют сложнейшую, выработанную веками систему выживания в Гренландии. Тяжёлая, жирная, питательная еда помогает переносить холод, а сырые мясо и рыба спасают от цинги не хуже цитрусовых. Инуиты придумали особым образом сложенные иглу из снега, отопление и освещение китовьим или тюленьим жиром, лодки из тюленьих шкур, сложные гарпуны — если кит начинал тащить за собой охотника, можно было дёрнуть оружие, и наконечник оставался в теле животного, а гарпун возвращался к хозяину, который, что самое главное, оставался жив. Скажете, нехорошо убивать китов? Нехорошо делать это в промышленных масштабах, как долгое время поступали европейцы. Инуиты же охотились и охотятся только для своего пропитания.
Для строительства иглу выбирали снег нужного качества, вырезали из него блоки, укладывали их под определённым углом, снаружи поливали водой, а внутри прогревали жировой лампой. Стены и пол покрывали шкурами, и в результате получался дом, где было уютно, тепло и светло — снег пропускал свет.
Огромная роль общины в жизни каждого инуита тоже понятна. Крошечные поселения могут выжить только при полной сплоченности коллектива. В этой ситуации рамки, отделяющие жизнь одной семьи от другой, резко ослабевают.
Неудивительно, что жизнь инуитов стала тяжелее, когда в Гренландию ворвался современный мир с его новыми правилами, незнакомыми инфекциями и алкоголем. Интересно, проявятся ли в будущем потрясающие способности инуитов к адаптации, смогут ли они выдержать натиск цивилизации так же, как раньше выдерживали натиск природы?
Глава II. Зачем Гренландия викингам?
Все мы очень много слышали о походах викингов — как они грабили побережье Англии, Ирландии, Франции и Италии, как начали там селиться и создавать свои государства. Но зачем им Гренландия? Остров, где нет ни городов, ни золота, ни шелков?
Викинги попали в Гренландию более или менее случайно. В конце IX века норвежцы добрались до Исландии, где мягче климат, есть реки и пастбища для скота, гейзеры и тёплые источники, много свободной земли. Когда викинг Гуннбьорн Ульфсон плыл из Норвегии в Исландию, его отнесло ветром на запад, к большому ледяному острову. Высаживаться не стали, но так викинги узнали, что там есть земля. Гренландия, кстати, не была тогда такой холодной, как сегодня, X век — это время глобального потепления. Но всё равно приятного мало.
Позже эту землю решил исследовать исландец по имени Снэбьёрн Боров, но участники его экспедиции перессорились и еле пережили зиму на острове; Снэбьёрн был убит в очередной драке. Дальше был викинг со взрывным характером — Эйрик Торвальдсон, которого история знает как Эйрика Рыжего. Считается, что именно Эйрик придумал название «Гренландия», чтобы это помогло убедить других переехать на остров — хотя, возможно, в те времена там действительно было гораздо больше растительности.
Расположение Гренландии в целом было благоприятным для путешествий и торговли. Отсюда Лейф Счастливый, сын Эйрика, отправился дальше на запад и добрался до страны Винланд, которую позже назовут Америкой. Отсюда отправляли в Исландию корабли с моржовыми клыками и другими редкими товарами. Но на этом преимущества заканчивались, а выживать в «зелёной стране» у скандинавов получалось плохо.
Норвежские поселения в Гренландии существовали несколько веков. Переселенцы не собирались заниматься такой гадостью, как охота на нерп или китов; главным для них было скотоводство. Однако природа быстро всё расставила по своим местам. Археологи видят, как костей коров и свиней с годами становилось всё меньше — они тут просто не выживали. Но это было ещё полбеды. Как прокормить скот? Средняя летняя температура на побережье — 5-6 градусов Цельсия, зимой бывает и -40, и -50. Погода часто и резко меняется. Если дождей много, вырастет больше травы, но если август выдастся дождливый, сено не просохнет, а если летом слишком холодно, корма будет мало. Однако бросить скотоводство и начать охотиться скандинавы были не готовы. Удивительно, что в их поселениях также находят очень мало рыбных костей и приспособлений для рыбалки. Отапливать дома ворванью, жиром морских животных, как это делают инуиты, они тоже не хотели и топили, как привыкли, древесиной. Деревьев, которых в Гренландии и так было мало, с каждым десятилетием становилось всё меньше. Учиться у инуитов скандинавы не могли, уж слишком разные у них представления о мире и жизненный уклад. Инуиты не умели прясть и ткать, пасти и доить коров и овец, делать сыр и взбивать масло, а скандинавы — разделывать китов и тюленей, охотиться на них, разводить собак.
Это существование на грани исчезновения могло продолжаться только пока сохранялись мало-мальски сносные климатические условия. Но в XIV веке наступил Малый ледниковый период — и, как сказал один учёный, «стало слишком холодно, и все умерли». Это, конечно, не произошло в один день. Климат становился всё хуже, лёд покрывал новые территории, в океане стало больше айсбергов — то есть, морская торговля стала опаснее и невыгоднее.
Даже церковь, приложившая огромные усилия, чтобы обратить в христианство потомков Эйрика Рыжего, махнула на свою паству рукой. В 1378 году умер последний епископ, живший в Гренландии, а его преемник предпочёл руководить здешней церковной жизнью из Норвегии. Последний раз корабль пришёл сюда в 1406 году, а что было дальше, мы не знаем. Умерли поселенцы в Гренландии или же закрыли свои дома и уплыли? В следующий раз корабли — на этот раз английские — подошли к гренландским берегам только в конце XVI века.
Глава III. Зачем Гренландия датчанам?
До конца XIX века Гренландия по большому счету никому не была нужна. Эта часть океана была очень плохо исследована и толком не нанесена на карту, добираться до Гренландии мимо айсбергов стало ещё сложнее. Но в XVII веке всех на «Большой земле» интересовали бивни нарвала, моржовый клык, китовый ус и ворвань; началась промышленная добыча китов, которая в XVIII и XIX веке только усилилась. Впрочем, хотя китобои и доходили до берегов Гренландии, высаживались там редко.
Некоторый интерес Гренландия вызывала с духовной точки зрения. В XVIII веке Датско-норвежское государство, во власти которого большую часть времени находился остров, стало лютеранским. Следовало распространить правильную веру среди потомков первых поселенцев, которых когда-то обратили в католичество, и этим занялся человек по имени Ханс Эгеде, совмещавший миссионерство с торговлей. В 1721 году сам Эгеде, его жена, их четверо детей и ещё сорок колонистов отправились в путь. Никаких потомков норвежских поселенцев они не нашли, зато познакомились с инуитами. Эгеде стал изучать их язык, проповедовать христианство, и добился больших успехов. Легенда гласит, что когда ему понадобилось перевести на местный язык «Отче наш», фразу «Хлеб наш насущный даждь нам днесь» пришлось переделать: жители Гренландии не знали, что такое хлеб. Получилось «Кита нашего насущного даждь нам днесь».
Увы, датчане страшно мучились от цинги, почти все колонисты уехали, король перестал поддерживать миссию. Детей местных жителей, крещёных Эгеде, свозили в Данию, и они притащили оттуда оспу, от которой умерло множество инуитов. Упорный Эгеде продолжал проповедовать, крестить, переводить священные тексты, построил церковь и уехал только через 14 лет, когда очередная эпидемия отняла у него жену. Его дело продолжил сын.
А в XIX веке великие державы начали всё более ожесточенную борьбу за колонии, мировое господство и национальный престиж. Чем больше владений, тем лучше. Однако с инуитами датчане обращались подчас ужасающе. На острове поддерживалась система расовой дискриминации. Датское правительство то открыто пренебрегало инуитскими детьми и их интересами, то вдруг начинало усиленно ими интересоваться. После Второй мировой войны их стали вывозить с острова, учить быть «маленькими датчанами», а потом засылать обратно как носителей и распространителей «более высокой» культуры.
Юным инуитам, оторванным от родителей и привычной обстановки, было очень нелегко. Многие мыкались по приютам, испытывали проблемы с психическим здоровьем, половина умерла в молодом возрасте. А совсем недавно датское правительство признало свою ответственность за ещё одну страшную меру. С 1960-х годов существовала программа принудительной стерилизации женщин из Гренландии, начиная с 12-летних девочек: мол, коренные народы не способны обеспечить детям должной заботы. Было установлено как минимум 410 таких случаев.
Однако постепенно, пусть и с некоторой натяжкой, Гренландия превратилась из далёкой дикой колонии, чьих жителей не считали за людей, в часть Датского королевства.
Глава IV. Зачем Гренландия путешественникам?
Ко второй половине XIX века на земном шаре осталось не так уж много неподеленных территорий, и Арктика была одной из них. Освоение её ледяных просторов тогда ещё не было связано с беспредельными минеральными богатствами. Это нужно было тем, кто жаждал славы и мечтал стереть белые пятна с карты мира. Люди были одержимы идеей добраться до Северного и Южного полюсов, и Гренландия стала важным этапом пути на север. Правда, как по ней передвигаться и как выживать, никто не понимал.
В 50-е годы XIX века несколько экспедиций устроил путешественник Айзек Израэль Хейс. Он считал, что где-то к северу от Гренландии есть «открытое море», где во время полярного дня якобы исчезает лёд. Описание экспедиций, в которых участвовал Хейс, невозможно читать без ужаса: голод, холод, обмороженные и ампутированные конечности, гибель людей после операций, матросские бунтый. Никакого открытого моря Хейс, конечно, не нашёл, но оказался одним из первых, кто понял, что для успешных экспедиций надо учиться у местных жителей. Инуитов, которые на него работали, он откровенно презирал, но не гнушался использовать их опыт.
Снова и снова возвращался в Гренландию американец Роберт Пири, будущий покоритель Северного полюса. Пири был выдающимся исследователем — и очень неприятным человеком. Он ужасающе вёл себя с инуитами, сожительствовал с одной из местных женщин, не скрывая этого от жены, а после оставил её с их общими детьми в Гренландии. Он вывозил инуитов в Америку и выставлял их в музее естественной истории, чтобы собрать деньги на новые экспедиции. Одновременно он перенимал инуитские привычки в еде, учился работе с собаками, и это позже помогло ему в движении к Северному полюсу.
Пересечь Гренландию мечтал молодой учёный Фритьоф Нансен. Экспедицию он решил начать с необитаемого восточного побережья: «…Для сохранения своей жизни и возвращения домой необходимо будет дойти до населённых мест на западе во что бы то ни стало; иного выбора не будет». Путешествие было сплошным кошмаром. Переход совершали на лыжах, люди сами тащили тяжеленные сани с грузом. Ели один раз в сутки, жиров было мало, и путешественники лишались сил с каждым часом. Во время этой экспедиции Нансен получил много сведений о структуре гренландского льда и устройстве ледяного щита — но прежде всего ему нужно было постоянно, снова и снова испытывать себя.
Глава 5. Зачем Гренландия учёным
XX и XXI столетия сделали остров ещё и центром научных исследований. В 1910 году два молодых человека — гренландец Кнуд Расмуссен и его друг Петер Фройхен — создали на острове торговую базу и одними из первых стали общаться на равных с местными жителями. Во время путешествий на собачьих упряжках Расмуссен собрал огромный материал, на который и сегодня опираются исследователи. Он нанёс на карту многие части острова, добрался до Аляски и до арктической зоны Канады и даже пытался продолжить экспедицию в России — но дело было в начале 20-х годов и его оттуда благополучно выставили, хотя он успел пообщаться с местными инуитами и выяснить, что они говорят на том же языке, что и жители Гренландии.
Гренландия также представляет огромный научный интерес как страна льда, накопившегося за тысячи лет. Золотой век для исследования Гренландии наступил, как ни странно, во время Холодной войны — американцы строили здесь свои базы и нуждались в научных консультациях, так что на исследования из военного бюджета выделялись гигантские суммы. В течение второй половины XX века в Гренландии была освоена уникальная технология глубокого бурения льда. С глубины в десятки, а потом и сотни метров учёные доставали глыбы возрастом в сотни и тысячи лет. Древний лёд содержал пыльцу растений — так можно было узнать, как менялась флора острова. В нём оставались молекулы кислорода, по которым можно было определить температуру воздуха в период, когда эти молекулы замёрзли. Так стало ясно, что в истории человечества существовали периоды, когда температура окружающей среды вдруг резко менялась; выяснилось даже, что не позже чем полтора миллиона лет назад лёд здесь таял — и снова нарос только через примерно 300 тысяч лет.
Ледяной щит Гренландии в последний раз увеличивался в 70-е годы XX века. С тех пор он только тает — и быстрее, чем Антарктида. Струи воды разъедают огромные ледники; это может привести к тому, что в океан сползут гигантские массы льда.
Они не только принесут с собой ядерные отходы, оставшиеся со времен холодной войны, но и так сильно поднимут уровень океана, что Венеция, Петербург и Амстердам уйдут под воду — не говоря уже о Мальдивах и других островных государствах.
Глава 6. Зачем Гренландия военным?
Уже в XIX веке выяснилось, что богатства острова не сводятся к моржовой кости и полярным лисам. Там скрываются огромные запасы железа, цинка, серебра и других металлов, например, криолита, необходимого для производства алюминия — а где алюминий, там и военная промышленность. Похоже, что есть в Гренландии залежи нефти, газа и редкоземельных металлов. Кроме того, XX век превратил Гренландию из пустынного острова на окраине мира в важный узел на перекрёстке магистральных путей.
После того как в 1940 году Гитлер захватил Данию, Соединенные Штаты и датский посол в Америке, не признавший фашистскую оккупацию, заключили договор, по которому американцы могли размещать на острове войска. Базы в Гренландии позволяли отправлять бомбардировщики в Европу, а если бы немцы заняли остров, они смогли бы бомбить Америку.
После Второй мировой началась Холодная война, противостояние СССР и США, и атомный век. Гренландия приобрела ещё большее военное значение, особенно после того, как в 1949 году СССР построил свою атомную бомбу. Предполагалось, что усиление ядерного щита США, а затем и стран НАТО, будет сдерживать советскую агрессию. Датское правительство оказалось между двух огней. Все очень боялись СССР и были рады американской помощи, но одновременно боялись разозлить Советы, приняв эту помощь. Когда американцы захотели возобновить соглашение 1941 года, датчане ограничили их права отдельными базами.
Глава VII. Зачем Гренландия Дональду Трампу?
В целом идея приобретения Гренландии не Трампом придумана. После Второй мировой американцы уже интересовались этим вопросом, но получили отказ. Сейчас началась типичная для президентства Трампа комедия — заявления, что Дания недостаточно заботится о гренландцах, попытки раздавать на столичных улицах шапки с надписью MAGA и даже «фото», где Трамп гуляет по Гренландии вместе с пингвином — при том, что пингвины водятся на другом конце света, в Антарктиде.
Трамп угрожал тарифами, утверждал, что если Гренландию не отдадут ему, туда придут русские или китайцы, заявлял о возможном захвате острова силой. Смешно, да не очень: как только возглавлявшая американскую военную базу в Гренландии полковник Сюзанна Мейерс заявила, что персонал не поддерживает угрозы Трампа, её тут же отправили в отставку.
Трампа привлекают как стратегическое положение Гренландии, так и редкоземельные металлы. Чем быстрее будет таять ледяной щит Гренландии, тем проще будет добывать её бесконечные богатства, однако сам процесс этой добычи может привести к таким мощным экологическим сдвигам, которые перевесят любые преимущества. И что-то меня не очень радует мысль, что этот крайне важный и крайне нестабильный экологически регион будет контролировать человек, отрицающий глобальное потепление и климатические проблемы…
Кому ещё понадобится Гренландия? Похоже, она нужна нам всем — и её уникальная природа, и её коренные жители с их удивительным образом жизни, и её история вместе с людьми, которые не жалели здоровья и даже жизни ради изучения острова. И, конечно, нам всем нужна возможность дать работать учёным, чтобы хоть как-то замедлить таяние льда…
***
Спасибо всем, кто нас поддерживает на платформе «Бусти», нашим патронам на Patreon, нашим спонсорам на Ютубе, всем, кто не даёт им нас заткнуть. Если кто-то ещё не подписался на наш канал или на регулярные пожертвования и подпишется сегодня или расскажет о нас друзьям — вы очень сильно нам поможете.
Подписывайтесь на мои соцсети:
Бусти — Патреон — Телеграм — Инстаграм — ТикТок — YouTube