Год без лета: извержение, изменившее мир
Как один вулкан повлиял на политику, искусство и торговлю опиумом
Смотрите это видео на YouTube
Сначала были тьма и грохот. Ужасающий грохот и кромешная тьма. В течение трёх часов в небо взлетали языки пламени и огромное количество пепла. На острове Борнео в 500 километрах тряслась земля. На Яве, в 400 километрах, вдруг замолчали все птицы. Миллионы жителей планеты ещё не знали, насколько кардинально эти события изменят их жизнь.
Капитаны кораблей в Индийском океане и британские губернаторы индонезийских приморских городов решили, что на них нападают пираты или что началась война. По тревоге подняли гарнизоны — защищаться от артиллерийской канонады, запущенной неведомым врагом. После грохота над океаном сгустилась непроглядная тьма, в полдень стало темно, как в безлунную ночь. С неба сыпался пепел — в судовом журнале военного корабля британской Ост-Индской компании «Бенарес», который находился около острова Сулавеси, записано, что команде пришлось сгребать его за борт лопатами, чтобы корабль не опрокинулся.
Извержение вулкана Тамбора на острове Сумбава в Индийском океане, начавшееся 5 апреля 1815 года, повлияло на судьбу миллионов людей, хотя большинство жертв вулкана даже не подозревало о его существовании. Тамбора извергалась не первый раз — но предыдущие извержения, как выяснилось гораздо позже, происходили шесть, пять и примерно две тысячи лет назад, поэтому их никто не помнил и к новой катастрофе никто не был готов.
Гибель Сумбавы
После первых приступов ярости горы на несколько дней все затихло и люди вздохнули спокойно. Но вечером 10 апреля три огненных столба, поднимавшихся над вулканом, объединились в один огромный. Пирокластические потоки — раскаленная гремучая смесь из вулканических газов, пепла и камней — устремились вниз по склонам и, уничтожая на своем пути всё живое, хлынули в море. К адской картине из огня, пепла и лавы добавился раскалённый пар. Смерчи вырывали с корнем деревья и разносили в щепки дома, а из океана пришли огромные волны цунами. В конце концов Тамбора затряслась и развалилась: чудовищное давление буквально разорвало вулкан изнутри.
Взрыв был слышен за 2500 километров. Современные геофизики подсчитали: извержение Тамборы было эквивалентно по меньшей мере 33 миллиардам тонн тротила — это 2,2 миллиона атомных бомб, сброшенных на Хиросиму. В небо взметнулось 150, а по некоторым оценкам 200 кубических километров пепла, а столб дыма поднялся на высоту более 40 километров.
Не менее десяти тысяч человек погибли сразу. Ещё 50-100 тысяч умерли за следующие несколько недель: вода и почва на ближайших островах были отравлены вулканическими выбросами, рисовые поля уничтожены, погиб скот. Пропитания, присланного британскими властями, не хватало, от грязной воды и голода люди заболевали. В воздухе носились частицы пепла, вызывая респираторные проблемы; начались тиф и диарея. На Сумбаве и соседних островах, засыпанных пеплом, ещё долго ничего не росло, и десятки тысяч островитян продались в рабство, потому что иного способа выжить не было. Культура местных жителей была практически полностью уничтожена, исчез тамборский язык, на котором говорили люди, жившие рядом с вулканом. Экономика острова так никогда полностью и не возродилась.
Невольные свидетели
Самые разные люди переживали то, что сделало с миром это извержение. Всего через два месяца после взрыва Тамборы Наполеон был разбит при Ватерлоо и вскоре сослан на остров святой Елены. В то же время в Китае молодой человек по имени Ли Юянг, поэт и композитор, которому не удалось сдать сложные экзамены и сделать карьеру чиновника, переехал в провинцию Юньнань, стал крестьянином и завёл семью. А в Англии у юной Мэри Годвин, дочери известного анархиста, скандально сбежавшей в Европу с женатым 21-летним поэтом Перси Биши Шелли, родилась дочь — и через десять дней умерла. Потеря ребёнка, остракизм, которому пару подвергли в обществе, и стремление Шелли следовать принципам свободной любви привели Мэри к страшной депрессии. В Ирландии в те годы работал подающий надежды молодой политик Роберт Пиль — ему предстояло стать одним из самых блистательных британских премьер-министров. Знаменитый, но довольно неприятный в общении британский художник Уильям Тёрнер, член Королевской Академии художеств, дисциплинированно писал пейзажи. В швейцарском кантоне Вале работал инженером молодой учёный Игнац Венец — там он познакомился с плотником Жаном-Пьером Перроденом, который пылко убеждал каждого встречающегося ему путешественника или ученого, что огромные камни в альпийских долинах были принесены туда движением льдов.
Науки гляциологии в то время еще не существовало, и теории Перродена его слушатели воспринимали скептически — а Венец проявил к ним большой интерес. Немецкий дворянин Карл Дрез занимался изобретением удивительных механизмов, правда, пока что ими никого не удалось заинтересовать. Другой художник, немец Каспар Давид Фридрих, постепенно набирал популярность, его загадочные картины нравились самому Гёте.
Голод: начало
Раньше всех последствия катастрофы проявились в Азии. Китайские крестьяне обычно сеяли пять разных видов риса, чтобы быть готовыми к переменам погоды — но настолько резких изменений никто не ожидал.
Дожди шли всё лето, становилось всё холоднее. 32-летний Ли Юянг начал составлять книгу, которая позже будет названа «Семь скорбей Юньнани». «Сын хватается за мою одежду и плачет, — писал Ли Юянг, — а я бегу по грязной дороге, пытаясь спасти деньги и зерно. Что мне ещё остаётся делать? Мои любимые должны что-то есть». Страшная фраза: «Нет слов, которыми можно было бы описать горечь пустого сентября».
В Европе в это время мало кто осознавал надвигающуюся катастрофу. Пока что люди отмечали в дневниках и письмах совершенно невероятные закаты с красными, белыми и желтыми полосами. Астрономы поражались тому, насколько туманными стали звезды.
Как сгущались тучи
После извержения Тамборы в атмосфере оказалось огромное количество вулканического пепла и других частиц, и если пепел постепенно вымывался из атмосферы дождями, то с миллионами тонн двуокиси серы, тоже выброшенными вулканом, всё обстояло сложнее. В 30-50 километрах над землей этот бесцветный газ, соединившись с водяным паром, превратился в серную кислоту, и ядовитая плёнка окутала всю планету. Взвесь из микроскопических капель серной кислоты отражала инфракрасные лучи Солнца, не пропуская их к Земле.
Погода начала резко портиться. Последствия извержения добавились к уже начавшемуся (примерно в 1790 году) длительному периоду низкой солнечной активности. Солнце светило слабее, средняя температура в разных частях мира снижалась. В большой части Западной Европы и в Азии шли бесконечные дожди, вызвавшие наводнения, в Скандинавии была сильная засуха, над западной Европой пронеслись ураганы. Были места, где крестьянам приходилось косить траву, плавая на лодках. В Италии выпал цветной снег, окрашенный частичками, выброшенными вулканом, о котором здесь никто и не слышал. Снег вообще выпадал в совершенно неожиданное время. В Соединенных Штатах заморозки и снегопад отмечались летом, причём несколько раз.
Свидетели: лето 1816 года
Уильям Тёрнер каждый день рисовал на пленэре. Он делал так каждый год, но тем летом дожди шли беспрерывно, и только железная выдержка художника позволяла ему продолжать эти экспедиции. Он решил отправиться в путешествие по Бельгии, Голландии и Германии, но и там повсюду шли дожди.
Мэри Годвин и Перси Шелли отправились в Швейцарию, где к ним присоединились лорд Байрон и ещё несколько приятелей. Они поселились на берегу Женевского озера, но и там дождь лил постоянно. Мэри писала: «Таких величественных и страшных гроз, как здесь, я ещё нигде не видела». Сидя дома, компания развлекалась чтением историй о привидениях, а затем друзья решили написать что-то своё. С некоторым злорадством хочется отметить, что книга, сочинённая Мэри в то страшное лето, сегодня намного популярее поэзии двух её гениальных спутников. Она называется «Франкенштейн, или новый Прометей».
Конец света?
В разных частях Европы было так мрачно, что летним днём невозможно было читать без лампы. Вряд ли удивительно, что мрак, холод, голод, эпидемии, ливни, наводнения и летние снегопады наводили людей на мысль о приближающемся конце света. Ситуация напоминала описанные в Библии «казни египетские» или даже Апокалипсис. Тысячи людей молились в ожидании конца света, в Бельгии колокола звонили две недели не переставая. 12 июля в Генте в военном полку затрубили в трубу — обычный сигнал для передвижения солдат, но множество людей высыпало на улицы в полной уверенности, что они слышат трубу архангела, возвещающую наступление Судного дня.
Голод: Ирландия
Люди пытались бежать в поисках лучших мест. Количество иммигрантов в США в 1817 году по сравнению с предыдущим годом выросло в два раза, но там тоже ситуация была тяжёлой. Множество швейцарцев переехали в Россию, которая почти не пострадала от последствий извержения. Но десятки тысяч людей, у которых не было денег на путешествия, просто брели по дорогам из города в город, оставляя у обочины слабых и больных. Один путешественник, увидев во Франции толпы нищих, принял их за побеждённую армию, возвращающуюся с войны.
В ирландской исторической памяти запечатлелся «Великий картофельный голод» 1845-52 — но за тридцать лет до этого, после извержения, голод тоже был ужасен. По иронии судьбы Ирландии очень повредили десятилетия относительного благополучия и быстрого развития. Экономика шла вверх, росла рождаемость (в крестьянских католических семьях женщины вообще рожали очень много), а детская смертность, к счастью, падала. Однако к началу климатической катастрофы страна подошла с возросшим населением — и как только урожаи испортились, наступил голод. В отличие от Англии или Франции, в Ирландии почти не было городов, куда можно было бы отправиться в поисках работы, а большинство ирландских помещиков были англичанами, жившими в Лондоне на доходы от своих имений и абсолютно не заботившимися о своих арендаторах. В Ирландии начала XIX века о крестьянах не заботился никто — ни о какой системе государственной социальной поддержки речи ещё не шло.
За предыдущие два века в Европе постепенно, несмотря на сопротивление, распространился картофель. Он более морозоустойчив, чем злаки, и в XVII-XVIII веках спас многих от голодной смерти. К началу XIX века картофель в Ирландии стал основной пищей бедняков, но после извержения Тамборы климат стал таким влажным и холодным, что на полях гнила даже картошка. Целые деревни вымирали от голода и болезней. Жалких хижин, которые власти иногда строили для нищих, хватало лишь немногим.
Один из путешественников рассказывал о семье, которая не могла поместиться в такой хижине; две дочери вынуждены были спать на улице. Когда их отец умер, под крышей освободилось одно место — и сёстры за него подрались. Местные девушки шли на невероятный позор: сбривали свои волосы и продавали бродячим торговцам за гроши. Пока скот был ещё жив, у коров и лошадей открывали жилы, собирали кровь и варили в ней ячмень, чтобы хоть как-то подкрепиться.
Вскоре начались эпидемии, в первую очередь тифа: лохмотья бедняков кишели вшами, разносящими инфекцию. Беспрерывные дожди насквозь промочили торфяники, откуда бедняки брали торф для обогрева. Солома, которая многим из них заменяла кровати, стала сырой и грязной; люди были вынуждены спать прямо на земле. Холод и сырость ещё больше ослабляли уже и так ослабленный голодом организм.
Системная помощь
Ирландские газеты долго скрывали уровень голода в деревнях — боялись, что это породит спекуляцию и рост цен на зерно. Другое, увы, знакомое нам и сегодня соображение: зачем писать о беженцах, это только вызовет панику, а ради борьбы с паникой можно забыть о тысячах голодающих и умирающих.
Быстро распространялись слухи о злобных беженцах-грабителях, нападавших на мирных граждан — возможно, кто-то из доведенных до отчаяния людей действительно пытался добыть пропитание силой. Власти оказались совершенно неспособны организовать помощь людям, и отношениям англичан и ирландцев, уже и до этого, мягко говоря, не дружественным, был нанесён тяжёлый удар. Политик Роберт Пиль сделал выводы из того, что увидел в Ирландии, и начал создавать государственную структуру, которая могла бы оказывать помощь в чрезвычайных ситуациях. Уже в 1817 году возник «Совет по вопросам здравоохранения»; в том же году британский парламент принял закон о трудоустройстве бедняков — было решено выделять деньги на организацию общественных работ.
Вскоре примеру британцев последовали Франция, Пруссия и другие страны.
Голод: пиковая точка
Воздействие извержения Тамборы на климат ощущалось по крайней мере в течение трёх лет. Результаты постоянных дождей и летних снегопадов и заморозков были совершенно чудовищными. Урожай гнил на корню, цены на хлеб росли с астрономической скоростью. Скот тоже нечем было кормить, а значит, дорожало молоко и мясо. Один неурожай ещё можно было пережить, но когда одно страшное лето следовало за другим, последствия были жуткими. В американском Вермонте крестьяне охотились на дикобразов и варили иглы хвойных деревьев, в Китае люди ели глину.
В 1817 году обстановка в Юньнани стала совершенно отчаянной. Ли Юянг писал:
«Где беднякам взять денег? Они продают своих сыновей и дочерей на улицах. Они знают, что деньги, вырученные за сына, не спасут их от голода. Но лучше так, чем видеть, как он умирает. Думай о теле своего сына как о еде. Малыши не понимают, а старшие мальчики не отходят от родителей и плачут. Перестань плакать и иди с этим дядей. Он тебя купит и накормит».
В разных странах рассказывали о матерях, бросавших своих детей в поле, потому что они не могли прокормить их, или же убивавших их, не желая обрекать на мучения. На другом конце мира, в Индонезии, родители тоже бросали детей или продавали их в рабство, надеясь, что хозяин будет кормить рабов. Просвещённый губернатор Явы запретил работорговлю — и, сам того не желая, увеличил количество детей, убитых в отчаянии собственными родителями.
Свидетели: 1817
Карл Дрез усовершенствовал свою «повозку без лошади»: он придумал механизм, который мог помочь людям передвигаться в ситуации, когда лошадей становилось всё меньше. Он соединил два колеса, поставил на них что-то вроде седла и получил Laufmachine — «бегущую машину». Позже её стали называть «Быстрой ногой» — velocipede. Увы, бегущая машина в тот момент мало кому могла помочь.
Катастрофа ледника Жьетро
В Швейцарии небывалых размеров достигли ледники — и начали уничтожать поля и виноградники. Сегодня, когда ледники всё больше тают, нам трудно представить себе ужас, который вызывало их разрастание у жителей Швейцарии. Во-первых, чем дальше заходили ледники, тем выше были цены на хлеб. А во-вторых, просто было страшно.
Начиная с 1816 года ледник Жьетрó всё больше наступал на долину. Лёд перекрыл реку Дранс и за этой ледяной плотиной образовалось озеро — сначала небольшое, оно постепенно увеличивалось.
В 1818 году озеро было уже длиной три с половиной километра, шириной двести метров и глубиной 60. Было ясно, что когда лёд растает, гигантская масса воды затопит долину вместе с деревнями и городами. Инженер Игнац Венец решил прорубить туннель в ледяной стене, надеясь понизить уровень воды в озере. Это была очень сложная и опасная работа — на трещавшем льду, когда сверху нависают целые ледяные глыбы и в любой момент ледяная стена может рухнуть и унести всех с собой. Венец и его люди работали около месяца под ветром и снегопадом и смогли отвести часть воды из озера, что спасло множество жизней. Увы, когда ледяная плотина всё-таки рухнула, в долину понеслись пятнадцать миллионов кубических метров воды, льда и грязи. До некоторых деревень поток добрался уже через десять минут.
Пока Венец всеми силами пытался спасти долину, он общался в Жан-Пьером Перроденом, странным плотником, который считал, что когда-то в прошлом ледники переносили камни с вершин гор вниз. На Венеца эти рассуждения произвели впечатление, он стал их популяризировать — так родилась теория о ледниковом периоде в истории Земли, которая оказала огромное влияние на понимание прошлого нашей планеты, и появилась наука гляциология.
Опиумный угар
Лето 1818-го в Китае наконец было тёплым. Жизнь вернулась в обычную колею, но дождались этого не все. В Юньнани произошла серьёзная социальная перемена: крестьяне поняли, как хрупко их положение и как мало они могут рассчитывать на помощь властей. Люди сделали простой вывод: вместо того, чтобы выращивать рис, можно заняться более прибыльным делом — торговлей опиумом.
Так в начале ХХ века Юньнань стала одним из главных центров поставок опиума. Девяносто процентов взрослых мужчин в провинции были наркоманами. Один путешественник описывал ситуацию так:
«В тени у домов лежат или сидят на корточках мужчины и женщины — все в невменяемом состоянии. Их лица измождены, кожа истончилась, глаза остекленевшие и застывшие. Так выглядят даже некоторые младенцы на руках у матерей. И причина всего этого — опиум».
Триумф холеры
Тиф был не единственной болезнью, косившей людей тысячами. В Индию в 1816 году не пришёл муссон, а если нет муссона, мелеют все колодцы и другие мало-мальски чистые источники воды. Миллионы людей начали пить воду из Ганга — это, конечно, священная река, но она чудовищно загрязнена. Параллельно с этим температура так резко менялась от жары в холод и обратно, даже в течение одного дня, что, как писал один из свидетелей, и местные жители, и европейцы «падали замертво на улицах». А в 1817 году муссон начался на три недели раньше обычного и был неожиданно сильным. Грязные реки разлились, начались наводнения — и ужасающая эпидемия холеры. Это не редкое для Индии заболевание, но обычно холера появлялась на несколько зимних месяцев, а затем исчезала. Теперь же эпидемия началась летом, унесла тысячи жизней и распространилась дальше: в 1820-х — 1830-х годах болезнь пришла в Европу.
Получается, что и «болдинская осень» 1830 года, которую Пушкин очень плодотворно провёл в своём имении, не имея возможности выехать в Петербург из-за карантинов, и холерные бунты, сотрясавшие Петербург и Париж — тоже в какой-то мере последствия извержения Тамборы.
Свидетели: пережившие катастрофу
После 1818 года погода в мире постепенно наладилась. Тёрнер и Каспар Давид Фридрих продолжали писать свои картины, полные совершенно новых сочетаний красок. Мэри Шелли и её муж шли от несчастья к несчастью вплоть до 1822 года, когда Перси Шелли утонул в море у берегов Италии; Мэри же прожила долгую и тяжёлую жизнь.
Ли Юянг выжил в Юньнани, но оказался совершенно сломлен. Остаток своей недолгой жизни он провёл, не выходя из дома, и умер в 1826 году в возрасте 42 лет. Карл Дрез создал ещё много изобретений вроде пишущей машинки и мясорубки. А Игнац Венец долго совмещал работу инженера и научные исследования ледников.
Извержение Тамборы — одно из самых сильных и богатых последствиями в истории, но далеко не самое знаменитое. Однако Тамбора заслуживает того, чтобы мы её помнили — не только из-за того, сколько бедствий она принесла людям, но и из-за того, что после этого извержения очень многое изменилось в мировой культуре, экономике и политике. И вообще, наверное, неплохо нам лишний раз вспомнить, насколько хрупок наш мир, как много в нем зависит от вулканов, ледников, океанов. Силы человека ограничены, говорит нам история «года без лета». Достаточно одного мощного вулкана, чтобы сотни тысяч людей оказались обречены на бесчисленные бедствия.
Наверняка вы можете привести примеры других природных катастроф, которые сильно повлияли на историю, но о которых мы знаем очень мало? Пишите в комментариях! Счастливо.
***
Спасибо всем, кто нас поддерживает на платформе «Бусти», нашим патронам на Patreon, нашим спонсорам на Ютубе, всем, кто не даёт им нас заткнуть. Если кто-то ещё не подписался на наш канал или на регулярные пожертвования и подпишется сегодня или расскажет о нас друзьям — вы очень сильно нам поможете.
***
Оставайтесь на связи с Eidelman VPN
Подписывайтесь на мои соцсети:
Бусти — Патреон — Телеграм — Инстаграм — ТикТок — YouTube
Как получается размещать такие "большие, красивые" посты? Есть лимит? Я новенькая здесь.